Изделие можно приобрести по предварительной заявке

Вход в систему

Святой Грааль — Чаша Мира

    Значение котлов и святых сосудов имелось очень велико в античной цивилизации, давало начало с кельтского котла из Гундеструпа и завершая чашей Святого Грааля.
Всемирно известны древние греческие суждения о Роге изобилия, реализовывавшем типичную для святых резервуаров функцию.
 
    Рог изобилия является атрибутом Геи, Тюхе, Плутоса, Фортуны и др.
Сообразно канонической легенде, он был сделан из невзначай обломанного рога козы Амалфеи, кормилицы Зевса. Когда Зевс подрос и стал верховным богом, он из благодарности, привел собственную кормилицу на небеса, и она стала звездой Капеллой в созвездии Возничего. Но по дороге на небеса коза Амалфея невзначай утеряла один из рогов. Его нашли нимфы, обвернули в листья, заполнили плодами и вручили Зевсу. Зевс возвратил его нимфам и пообещал, что все, чего бы они ни захотели, может пролиться им из данного рога.
Популярен иной миф, сообразно какому Рог изобилия является рогом Ахелоя, речного фетиша, каковой, превратившись в овна, вступил в схватку с Гераклом. В час сражения Геракл обломал у Ахелоя один из рогов, который и стал по настоянию нимф рогом изобилия.
 
    Пребывая рогом, он обнаруживается ещё и как символ фаллоса; находясь пустотелым — чувствителен и женственен, в отношении с этим Рог изобилия является атрибутом божеств вегетаций, виноделий и судеб, а еще и Богинь-Матерей, подобных Деметре (Церере), Тахо (Фортуне) и Алтеи; его еще носит и сам Приап как признак плодовитости.
    В наиболее античные периоды рог изобилия (как и все, что обладало отношением к обеспеченности) находился в связи с Аидом, царством умерших. Рог изобилия относился к богу роскоши Плутосу. Не случайно языковое сходство имен Плутоса и Плутона, владык царства мертвых. В личной ранней конфигурации Плутос как и Плутон соединен с Персефоной. В элевсинских мистериях Плутос и Плутон приравнивались. Плутона мыслили как обладателя многочисленных подземных богатств.
 
    По кельтскому преданию, неистощимый Котел Дагды огромен и пребывает в пиршественной зале Потустороннего мира (Ши). Котел вечно наполнен свининой, и только боязливый ничего не получит. Котел кроме обилия дарит новоиспеченную жизнь. Он был доставлен из города Муриаса являющегося одним из святых городов Туатта де Дананн, отыскивающихся за границами нашей вселенной.
Котёл Дагды не разделим с копьем Лугга: первый обязан быть заполнен кровью или ядом, потом в него надлежит водрузить копьё Луга, чтобы оно смогло уничтожить всех недругов.
Котел Дагды является прототипом массы чудодейственных котлов в ирландской мифологии и, помимо этого, схож с рогом Брана, ближнего Дагде фетиша в Уэльсе.
 
    Посреди подобных прославленных котлов кельтской мифологии:
Котел богини Керридвен, его содержимое наделило Талиесина всеведением.
Котел Возрождения он способен воскрешать убитых ратников. Когда-то два исполина преподносили данный котел Брану в благодарность за его добросердечность. Котел носит исполин Лласер. Но из котла Брана убитые бойцы получаются воскресшими, но безмолвными. Данный котел, отыскивающийся в Анноне, охраняют девять дев.
 
Котел Вдохновения действует так, хлебнувшему из него даруется мудрость.
 
Значение таких котлов была весьма огромно в цивилизации кельтов, беря начало с котла из Гундеструпа и завершая чашей святого Грааля.
 
    Тем не менее, собственно Святой Грааль втянул и на максимальном уровне проявил в собственном символизме данную античную идею.
Сообразно общепринятому преданию, Грааль является чашей, к какой причащались наследники Иисуса Христа на Тайной вечере, в каковую позднее его сторонники собрали немного капель крови распятого на кресте Избавителя (Орудия Страстей). Чашу и копьё, каким проткнуто тело скончавшегося Христа, сберег и доставил в Гластонбери Иосиф Аримафейский.
    В первый раз проблема Грааля (святой чаши) возникает в 1190 г. в труде французского стихотворца Кретьена де Труа «История Грааля», рассказывающем о молодом Персивале, приближенном короля Артура, каковой оказывается в замке таинственного короля-рыбака. В час обеда в зал заходит прекрасный юноша с копьем, с какового течет кровь, а за ним следует прекрасная юная дама с Граалем в дланях.
Здесь он изображен как крупное обложенное бесценными камнями блюдо. В час трапезы его запустили по кругу. В повествовании говорится, что, потому как заинтригованный Персиваль совсем не осведомился, ни о Граале, ни об окровененном копье, зловещее пророчество осталось в силе: король-рыбак не может быть излечен от раны на ноге, сделавшей его инвалидом; его государство будет уничтожено, пропадут сотни воинов, и большинство вдов и сирот натянут на себя траурные одежды.
 
    Персеваль, он же «сын Вдовы», такое имя, относящееся к дуалистическим и гностическим ересям, обозначает кого  угодно из пророческого сословия, или самого Иисуса, и каковое позднее переходит во франкмасонство. Оставив собственную вдовствующую мать, Персеваль уходит во двор к королю Артуру. С ним происходит масса историй, и один раз ночью в замке короля-рыбака, каковой дает ему крышу, перед ним возникает Грааль. Тем не менее, Кретьен не вручает на данный счет никаких уточнений; мы видим лишь, что его доставляет «весьма прекрасная, статная и разодетая» девица, и что он «произведен из чистого золота» и украшен «разнообразными каменьями, самыми дорогими и бесценными, которые лишь можно было отыскать под водами и на земле». А в последовавший день Персеваль оставит замок, не задав вопросов о Граале, каковых от него ожидали, о его генезисе и значении его присутствия, о том, «кто его употребляет» — рискованное выражение, которое можно понять в буквальном смысле слова или иносказательно; эти вопросы должны были убрать проклятие. Но, увы, Персеваль продолжил свою дорогу и узнал, что он имеет принадлежность к роду Грааль, и что дядя его является тем самым королем-рыбаком, каковой имеет у себя Святой Грааль.
 
    В иных стихах и рассказах странное слово «Грааль» переосмысливается в виде чаши, кубка и даже камня.
По традиции мнение о Граале как о чаше в первый раз возникает в труде бургундского стихотворца Робера де Борона «Иосиф Аримафейский» (около 1200 г.)
Данное творение начинается с рассказа о заглаживании, каковое автор анализирует в виде освобождения от сатаны. Потом труд рассказывает об измене Иуды, о купании Христом ног собственным ученикам и совершении Тайной вечери в доме Симона прокаженного. Иосиф Аримафейский отыскивает на Голгофе чашу, из каковой пил Иисус Христос, и несет ее Римскому прокуратору Понтию Пилату, какой дает ему чашу совместно с разрешением стянуть с креста тело Спасителя и похоронить его.
    Иосиф снял священное тело Иисуса Христа и аккуратно возложил его на землю. При обмывании его, он приметил сочившуюся из раны кровь и ужаснулся, припомнив, что ей был разрублен камень, лежавший на подножии Креста. Припомнил он и о сосуде Тайной вечери, каковой перед этим был возвращен ему Пилатом, и благонравный Иосиф решился собрать в данный сосуд все капли божественной крови. Он скопил в чашку капли из ран на руках, ногах и боках и затем, увив тело Иисуса богатым материалом, возложил его в пещеру.
Молва о Воскрешении Христа чрезвычайно сконфузила иудеев, и они постановили сокрушить Иосифа и Никодима. Никодима предупредили, и он поспешил укрыться, Иосифа же задержали спящим, крепко побили и затем задержали в темнице, которую закрыли таким образом, чтобы башня внешне выглядела как столб. Никто и не догадывался, что приключилось с Иосифом, и Пилат был весьма опечален его пропаданием, оттого что не увидал поблизости своего наилучшего товарища — честного и отважного.
Но Иосиф не был позабыт. В озарившуюся тюрьму к нему объявился Тот, за которого он потерпел, и доставил сосуд, заключающий Его божественную кровь. Узрев Свет, Иосиф возликовал сердцем, преисполнился благодатей и вскрикнул: «Всемогущий Боже! Откуда возможно выходить этому Свету, если не от Тебя?».
«Иосиф, — произнес Христос, — не конфузься, тебя избавит сила Моего Отца! Ты получишь постоянную отраду, когда закончишь свое земное бытие. Я не пришел сюда ни с одним из собственных учеников, потому как о нашей симпатии никто не знает. Ведай, что она станет явственной для всех и опасной для атеистов. Ты станешь владеть монументом Моей смерти, а вслед за тобой те, которым ты Его передашь. Вот он».
 Иисус Христос передал Иосифу бесценный сосуд с кровью, каковой Он прятал в потайном, Ему одному знакомом месте. Иосиф упал на колена и поблагодарил, и стал доказывать Спасителю о том, что он недостоин. Тем не менее, Иисус Христос велел Иосифу взять Святой Грааль и беречь Его. Грааль обязан был располагать тремя хранителями.
    Следом Иисус Христос сказал, что никогда таинство не будет происходить без того, чтобы не припоминался подвиг Иосифа Аримафейского. Дальше Спаситель сказал Иосифу загадочные слова, каковые Робер де Боран в собственном труде не говорит, и в итоге произнес: «Каждый раз, как ты будешь в нужде, попроси консультации у трех сил, собирающих одно, у Девы, вынашивавшей Сына, и ты будешь владеть советом в собственном сердце, оттого что к тебе будет сообщать Святой Дух. Я не выведу сейчас тебя отсюда, потому как не пришел еще тот час».
    Вслед за этим семья Иосифа стала ее хранителем, и в рассказах о Граале повествуется, об их похождениях и превратности их судьбин. Так, Галаад был сыном Иосифа из Аримафеи, а его зять Брон приобрел Грааль, увез его в Англию и сам стал королем-рыбаком.

    В книге «Поиск священного Грааля» (1215 — 1230 года) возникает Галахад, сын Ланселота, добродетельный и безгрешный воин. Герой отыскивает святой Грааль, изображаемый тут как блюдо, с какового Христос кушал ягнят в час Тайной вечери. В порыве неистового восхищения Галахад умирает, и в этот миг с неба простирается рука и забирает Грааль.
Одновременно с «Романом об истории, о Святом Граале» предстал — может быть, в Англии — иной прозаический роман, — «Перлесваус», он посвящен собственно розыскам Персеваля. Но, в противовесе воззрениям той поры, его автор решил оставаться безвестным, следовательно, он принадлежит к монашескому или военному орденам, где данный род деятельностей слыл бесстыдным.
    Персеваль неоднократно наречен там «самым святым»; в ином месте он относится «к роду Иосифа из Аримафеи», а далее — «данный Иосиф был дядей его матери, воином Пилата целых семь лет».
И не исключительно Персеваль отмечен подобным званием, как «вдовий сын», и все повествование полностью развертывается в атмосфере необычных церемониалов, необычных для христианского контекста: короля принесли в жертву, его дети поджарены и сожраны — злодеяние, в каковом нередко винили тамплиеров, — над лесом взвеян красный крест, дивное белоснежное животное пред очами Персеваля разрывают на куски псы; потом па подмостки выходят воин и девица, они приносят посуду из золота и начинают собирать в нее исковерканные ломти мяса, вместо того, чтобы расцеловать крест и испариться. Что относится к Персевалю, то он преклоняет колени перед крестом, а потом, как и все прочие, в свою очередь целует его.
Дальше, в ходе церемонии, Грааль, в конце концов, возникает «в пяти различных ролях, о каковых никто не может сообщать, так как тайны данного таинства не обязаны быть раскрытыми, и сообщать о них располагает правом лишь тот, кому Бог препоручит их. Король Артур зрит пять разнообразных метаморфоз, и конечное из них — Потир (чаша) ».

     В книге Вольфрама Фон Эшенбаха «Парцифаль», примерно 1195 или 1216 годы, говорится, что выпивший из чаши Грааля приобретает очищение от грехов, бессмертное бытие и так далее. По некоторым версиям даже скорое наблюдение придает бессмертие на некоторый час, и ещё разнообразные блага в виде еды, питья и тому подобное. В данной поэме Грааль выполнен из изумрудов, выбитых архангелом Михаилом из короны Люцифера.
В этом повествовании о Граале Вольфрам фон Эшенбах особенное место отводит тамплиерам, так как они есть  истинные хранители Грааля и его семьи.
     «...Потому то никому не возможно отыскать Грааль, не пребывая так любимыми Небесами, что они вверху ориентируют на него, чтобы взять в свой круг...». Его защищают те, «на них показал лично Бог»... Чем же таким является Грааль Вольфраму фон Эшенбаху? Для него в особенности, это загадочный объект, краешком примеченный Кретьеном де Труа: «...Одежда у нее была из аравийских шелков. В зеленый бархат она завернула эту важную вещь, равную которой не отыскалось бы даже в Раю. Безукоризненный предмет, к которому абсолютно нечего присоединить и который  в одно и то же время был, как и корнем, так и цветком. Данная вещь называлась Граалем. Не могло существовать на земле другой такой, какую он бы смог превзойти. Женщина, каковой лично Грааль доверил принести себя, звалась Репанс де Шой (Repance de Schoye — «Не ведающая бешенства»). Натура Грааля была таковой, что те, кто его опекал, обязаны быть людьми безукоризненного целомудрия и воздерживаться от любой изменнической мысли».
    Потом он делается каким-то сродством рогу изобилия, содержащем в себе все счастье и все отрады мироздания: «Ста пажам отдали указание появиться с уважением к Граалю и собирать хлеба, которые они далее уносили, привернув их в белоснежные скатерти... Мне поведали, и я повторю вам..., что у самого Грааля трапезничающие отыскивали разнообразные блюда, все что пожелаешь, приготовленные безупречно... Но, произнесут мне те, кто меня сейчас выслушивает, никто на земле не видал ничего похожего. Не стоит проявлять сомнений. Так как Грааль является цветком любой радости; он доставляет на землю сплошную безраздельность благих деяний, что его заслуга была почти равна тем, каковую можно разглядеть только в Царстве Небесном». И тут все еще обозрение идет о земном, физическом и без характерной воли вещи. Но позднее Парцифаль услышит из слов собственного дяди-отшельника абсолютно другое определение Грааля, обдающее в себе отзвуками гностических мыслей: «Героические воины проживают в замке Монсальваж, где защищают Грааль. Это тамплиеры, каковые нередко выезжают в дальние страны в поисках похождений. Каким бы ни был итог их сражений, признание или унижение, они приобретают его с распахнутым сердцем, в виде искупления их проступков... Все, чем они питаются, прибывает для них из бесценного камня, сутью какового является целомудренность... Его именуют «lapis exillis». Именно при помощи камня Феникс жжет себя и делается пеплом; это при помощи камня Феникс линяет, чтобы потом снова возникнуть во всем собственном глянце, превосходным, как никогда в жизни. Не имеется такого заболевшего, каковой перед данным камешком не обрел бы гарантии избежания кончины в ходе всей недели следом за тем днем, когда он его узрел. Кто лицезрит его, у того прекращается старость. Начиная с того момента, когда он явился перед ними, все люди приобретают ту внешность, какая была у них в молодости... Данный минерал придает людям такую силу, что тело и кости сразу же получают снова собственную молодость. Он также именуется Грааль».
    Потому как хранители Грааля считаются тамплиеры, сообразно, его обладатели прибывают членами специальной семьи с бесчисленными ответвлениями, разбросанными по всему миру; отдельные из них даже не имеют информации, кто они такие в реальности. Одна ветвь населяет замок Грааля, Мунсальвеш, в дальнейшем — легендарная крепость катар Монсальва, у каковой сложился роковой удел, что и у замка Монсегюр. Данный замок был заселен таинственными особами: хранитель и носитель Грааля Репанс де Шой и Анфортас, король-рыбак, как и у Кретьена де Труа — дядя Парцифаля, владелец данных наделов, располагающий такой раной, что не сможет ни рожать, ни скончаться. В самом конце повествования анафема будет снята, в итоге наследник замка Грааля - Парцифаль. Прислужники Грааля тоже обязаны быть посвященными в особый секрет; порой их отправляют в мир, чтобы влиять во имя его, а в дальнейшем овладеть троном, так как Грааль несет в себе власть создания монархов: «Благую участь нередко дарит воинам Грааль: они поддерживают других, и им самим способствует фортуна. Они зачисляют в своем замке юных людей, с прекрасными лицами и происходящими из знатных родов. Время от времени какое-нибудь царство пропадает без владельца; когда народы данного царства подчинятся Богу и когда они желают иметь монарха, избранного из рати Грааля, их пожелание исполняется. Необходимо, чтобы народы почитали так избранного короля; или его предохраняет благословение Богов...».
В ином месте, мы, как будто, мыслим, что в прошедшем семья Грааля навлекла на себя гнев богов, и намеки на «гнев богов в отношении к ним» активизирует из памяти массу текстов, сочиненных ещё в Средние Века об иудеях. Он тоже оживляет в памяти загадочный труд, неотделимый от имени Никола Фламеля: «Святая Книга Авраама, Иудея, Принца, Священника, Левита, Астролога и Философа Иудейского племени, каковое из-за бешенства Божьего было развеяно посреди галлов». Флегетанис, думается, он был автором своеобразного повествования о Граале, если поверить Эшенбаху, он приходился правнуком Соломона. В подобном эпизоде, совершенно может быть, что семья Грааля имела и иудейский генезис. Была ли она проклята в минувшем или нет, в бытие Парцифаля она откровенно упивается духовной милостью богов и весьма немалой властью. Тем не менее, она не должна приоткрыть собственную особу: «Бог направляет собственных избранных тайком...». Обычно, женщины смогут раскрыть собственное происхождение, а вот мужчинам данное, безусловно, воспрещено, и они даже не обязаны позволять ничего на данный счет. Это существенный элемент, потому как Вольфрам фон Эшенбах ворочается к нему в конце своего труда: «На Граале возникла надпись. Она гласит: если когда-нибудь Бог покажет на кого-то из тамплиеров, чтобы он был самодержцем иного народа, то данный воин обязан будет затребовать, чтобы никто не делал попыток познать его имени и из какой семьи он произошел. Едва лишь ему станут задавать подобные вопросы, он обязан уйти и не вернуться».
 
    Потому как ни одна из модификаций сюжетов о Граале не укрепилась в виде авторитетного источника, «Граалевые» тексты шли с разночтениями. До нас дошло не более дюжины подобных текстов, все они сочинены в 1180 и 1225 годах на французском языке или их перекладывали с подлинников на французском; тем не менее, всякий из них имеет собственную вариацию случаев, изобилующих туманностями и противоречиями, что и собирает большую прелесть всех преданий о Граале.
    Средневековые романы о Персифале, в которых основной герой ведет поиски и отыскивает колдовской замок Мунсальвеш, где под не спящими очами тамплиеров содержится Грааль.
Бесспорно, что данное суждение создано на преданиях, имеющихся и до сих пор, что хранителями Грааля прибывают тамплиеры. По данному сказанию сам Иосиф Аримафейский основал братство, монашеско-воинский орден, членов какового именовали тамплейзами. Они имелись как первые хранители чаши, и они же, не обращая внимания на безысходный отпор, оказанный ими в V-VI веках агрессорам Британии - саксонам, принуждены были транспортировать артефакт в Саррас, оттуда он «вознесся на небеса» при чем отпечатки его в дальнейшем затеряны. Проходят века и все гуще и плотнее, в начале средневековья, стали звучать песнопения и баллады в каковых подвиги государя Артура, начавшего битву англичан против саксов, и рыцарей Круглого Стола соединялись с возвратом в Европу святого артефакта - Грааля. В легендах напевается о том, что священная чаша возвратилась при помощи отваги и дерзости всеми прославленного Персиваля. Он смог расколотить (с помощью Мерлина) злобные чары и лукавые происки злобного волшебника Клингзора, и успешно достигнуть Грааля. С той поры он - беззаветный воин, отдавший бытие свое в услужение добра, оберегал артефакт в хорошо защищенном замке Монсегюр.
    В это же время в итоге одной из транскрипций Sangrail было осмыслено как sang real («истинная кровь») и стало обозначать кровь Христову, а ещё род Меровнигов в облике планируемых носителей данной крови.
Тем не менее, подобное прочтение абсолютно не аннулирует суждений о Граале в виде сосуда.
 
    В процессе не одной сотни лет труды о Граале прибывали произведениями, полностью олицетворявшими идеалы знати. Голубая кровь собирала их в личных библиотеках, вслед за обильными выпивками ими и развлекала гостей – феодалов из знатных родов. Неосведомленность повествований о рыцарях Круглого Стола считалась приметой необразованности, именами действующих лиц (Артура, Ланселота и других) звали малюток во время крещения и так далее. В частности, Мерлин прибывает в произведениях ревностным хранителем христианских основ. Так, наделив один раз несчастного роскошью и почестью, он отнял у него, их, когда тот весьма возгордился и стал неблагодарным.
    Владение Святым Граалем всегда слыло сокровенной грезой большинства рыцарских орденов. И рыцари Круглого стола, и тамплиеры, и тевтонские рыцари, все без успеха вели поиски данного чудесного сосуда, чтобы завладеть тонкими энергиями.
    Максимальную популярность предание о Граале получило от труда Томаса Мэлори, автора восьми Артуровских повестей, собравших сборник, каковой он нарек «Книга о короле Артуре и о его доблестных рыцарях Круглого стола», в 1485 году выпущенный У.Кэкстоном в одной книге под заглавием «Смерть Артура». Мэлори пребывал рыцарем из Ньюболд-Ревел (графство Уорикшир), он был рожден в начале 15 века и последние двадцать лет бытия полностью, с маленькими интервалами, провел в темнице из-за различных обвинений. Он относился к давнему роду из Уорикшира и в 1444 или 1445 годах выступал за свое графство в парламенте. Осенью 1462 года сопутствовал графу Уорику и Эдуарду IV в боевой кампании в Нортумберленд, и когда Уорик перекинулся к ланкастерцам, сделал тоже самое. В 1468 Мэлори два раза был исключен из списка ланкастерцев, каковых Эдуард вознаградил амнистией. Почил Мэлори 14 марта 1471 года, был погребен в церкви Серых Братьев (францисканцев) в Лондоне. Почти все произведения Мэлори, или все, сочинены в темнице. Кроме французских текстов о короле Артуре родником для Мэлори предназначались и британские писания, о каковых он, тем не менее, ни разу не припоминает. Думают, что общий объем родников Мэлори пятикратно превосходит объем его сочинения. У Мэлори припоминается чаша Грааль: «И вот оказалась в зале Святая чаша Грааль под белоснежным покрывалом из парчи, все же никому не дано было увидеть её и женщину, что её привнесла. Лишь заполнился зал сладострастными благоуханиями, и каждому рыцарю подали еду и питье из нее, каковые были ему наиболее всего по нраву». Его Грааль тоже выступает в роли рога изобилия.
 
    Своеобразную роль в сказаниях завоевывает Сэр Галахад, безгрешный Рыцарь, единственный воин короля Артура, каковому пришлось увидать священный Грааль в его подлинном облике.
Сообразно сказаниям, розыски Грааля, чаши с кровью Иисуса Христа, каковую скопил Иосиф Аримафейский, стали мишенью рыцарей Круглого стола на многие годы, и один стул за столом постоянно стоял свободный для того, кто отыщет Грааль. Пока его не позаимствовал сэр Галахад, всякий воин, каковой опускался на стул, заваливался через него в землю. Юный воин уселся в табуированное Гибельное Сидение, каковое слыло назначенным только для того достойного предостойных, у кого в  покровителях сам Бог.
    Один раз, вслед за битвой с ужасным драконом, сэр Ланселот представился королю Пелесу, потомку Иосифа Арамафейского. Лицезря уставшего от боя воина, король позвал Ланселота в свой замок, как гостя. В его честь дивным манером была устроена грандиозная трапеза: в главную залу замка прошла превосходная Элейна, дочь короля Пелеса, хранящая в своих дланях золотую чашу — Грааль, каковой, вслед за молитвой всех наличествующих, заполнил разнообразными кушаньями и эликсирами чаши и блюда присутствующих. И, стараясь расположить к себе воина, какового замыслил поженить со своей дочерью, король Пелес раскрыл Ланселоту секрет: братство Круглого Стола прекратит свое существование в тот миг, когда самое бесценное что у них есть, а именно Святой Грааль будет утерян.
    Галахад, являясь рожденным вне брака сыном Ланселота и леди Элейн, с самого своего рождения отдан был на воспитание монахам в монастыре. Молодой человек рос верующим, прогремел собственной учтивостью и целомудрием. В день Пятидесятницы Галахад пришел в Камелот чтобы стать воином короля Артура.
В этот день всем присутствующим воинам было сновидение в виде золотой чаши, укутанной в парчу, в каковой рыцари увидели Святой Грааль — чашу, в какой Иосиф Аримафейский скопил кровь распятого Иисуса Христа. Вслед за этим, большинство рыцарей Круглого Стола, и Галахад тоже, дали клятву тронуться в путь за святой чашей.
    Потом позднее произошли разнообразные дива, и сэру Галахаду привелось даже на кое-какое время стать монархом, но он терпеливо ожидал выполнения собственного сокровенного желания оставить данный мир.
Большое количество воинов пошло с молодым Галахадом на поиски Грааля, но лишь двое сэр Борс и сэр Персиваль, с позволения Господа находиться рядом с молодым Галахадом, в час появления священного Грааля в замке Корбеник, в замке короля Пелеса.
Только обретя причастие у давным-давно умершего Иосифа Аримафейского, сэр Галахад смог удержать Грааль в  своих руках, а потом, когда он упал на колено, чтобы произнести молитву о собственном спасении, его душа неожиданно избавилась от стана и «великая масса ангелов увлекла ее на небосвод».
 
    Парсифаль и розыски Святого Грааля обладали особым значением, посвященным нацистам в фашистской Германии. Музыкальное толкование предания о Святом Граале Р. Вагнера произвело абсолютное впечатление на мистиков из нацистов. И, Отто Ран, воодушевленный похождениями Парсифаля, пустился в розыски Грааля.
В 1931 году он тронулся во Францию и достиг Монтсегюра — последнего места доблестной обороны альбигойцев-катаров. Предание говорит, что собственно здесь ночью перед решающей атакой папских крестоносцев малозаметно покинули их трое еретиков-катаров, взяв с собой святые артефакты. С опасностью для своей жизни они сохранили волшебные артефакты короля Дагобера II и чашу, слывшую Святым Граалем.
Следовательно, розыски Грааля, неизбежные розыски силы и правды, с точки зрения символики есть дорога в допроявленное, дородовое состояние, потому как чаша является символом Плодоносящего Лона, прибывают такой же неотъемлемой дорогой к Вечной Женстенности, как разыскивание Копья препровождают пути к Экспансивности. Ведь неспроста во всяком сказании о Граале сам объект, чем бы он ни был, держит в руках женщина.

Понравилась статья? Подпишитесь на рассылку последних новостей и статей мира Магии!

E-mail: * Имя: *

Последние комментарии